Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Ну вот, поборолись за Юго-восточную Прибалтику

Оригинал взят у alexuslob в Ну вот, поборолись за Юго-восточную Прибалтику
Было интересно, и на фуршете у генерального консула Польши было хорошо :) Пообщался со многими достойными людьми.
Ну а теперь о том, о чем писал ранее загадками
Вышла в свет то-о-о-лстая монография (почти 900 стр) А.И.ФИлюшкина

Вначале появилась информация (раньше,чем в издательстве), о продаже книги за... 1632 руб, например, тут или тут
Автор, надо сказать, сильно расстроился, поскольку сумма реально завышена, "кто ее будет покупать?".
И вот, наконец, появилась информация от издателя:
Филюшкин А. И. Изобретая первую войну России и Европы. Балтийские войны второй половины XVI века глазами современников и потомков
950 руб. - для 880-страничного "талмуда" с цветной вклейкой цена нормальная.

Несмотря на то, что книги на руках нет, отмечу - книга реально мосчная (читал ее главы еще в рукописи), поэтому должна быть у каждого, мало-мальски интересующегося т.н. "Ливонской войной".
Дабы хот как-то поддержать автора, прошу распространения информации о книге!

Еще раз о памятнике Рюрику

9 февраля 2013 года мной был начат сбор подписей против установки памятника Рюрику на Варяжской улице в Старой Ладоге (http://democrator.ru/problem/10350). Удалось собрать 445 подписей. Одновременно группа ученых и культурных деятелей (и я в том числе) обратились к губернатору Ленинградской области А. Ю. Дрозденко с требованием не устанавливать такой памятник в зоне исторической застройки (http://karpovka.net/2013/02/12/96904/). Скандальная ситуация получила широкий общественный резонанс: губернатор Дрозденко пообещал провести широкое общественное (полагаю – гласное!) обсуждение места установки памятника , с привлечением широкого круга экспертов в области истории, архитектуры, градостроения. Об этом сообщило агентство «Росбалт»: «по условиям конкурса и решению комиссии проект памятника будет несколько доработан с учетом пожеланий членов Экспертного совета и историков". Место размещения будет определено по итогам общественных слушаний, которые пройдут в Старой Ладоге. Дата пока не назначена» (от 25 марта 2013 г.) (http://www.rosbalt.ru/piter/2013/03/25/1109608.html?utm_source=feedburner&utm_medium=feed&utm_campaign=Feed%3A+rosbalt+%28%D0%98%D0%BD%D1%84%D0%BE%D1%80%D0%BC%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D0%B5+%D0%B0%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE+%D0%A0%D0%BE%D1%81%D0%B1%D0%B0%D0%BB%D1%82%29). Что же происходит сейчас? На фоне ошеломляющих, меняющих исторический ландшафт мер по «благоустройству» села Старая Ладога начаты работы по подготовке того самого места на Варяжской улице для установки памятника Рюрику. Никакого открытого обсуждения места установки памятника проведено не было. Губернатор Дрозденко не выполнил этого своего обещания, и облик села будет окончательно изуродован (оценочное суждение) памятником Рюрику в центральной его части

<b>Библиотечный коллапс?</b>

Оригинал взят у centaurito в <b>Библиотечный коллапс?</b>
20.41 КбКлейн пишет страшные, по сути, вещи:

«...библиотека ИИМКа предупреждена, что с 2014 года прекращается поступления основных (главных!) иностранных журналов по археологии — «Антиквити» (Кембридж), «Америкен Джорнал ов Аркеолоджи» (Бостон), Джорнал ов Аркеолоджикал Сайенс» (Лондон). Они не будут приходить и в главную библиотеку Академии наук — в БАН. Это венец постепенного сокращения поступлений иностранной периодики — в 2011 году приходили журналы 281 названия, в 2012-м — 177, в 2013-м осталось только 84 названия. Четверть! (...) Со второй половины 2013 года прекращается подписка ИИМК на лучший археологический и антропологический журнал России (двуязычный — русско-английский) «Археология, антропология и этнография Евразии» (Новосибирск), «Вестник Петербургского университета», «Древняя Русь» и др., заодно и на главный журнал археологов Украины — «Археология» (Киев). Все эти журналы будут поступать только в Библиотеку Академии наук.
А вот эти, как заявлено, и туда не будут: «Вестник древней истории», «Российская археология» (головной археологический журнал страны!). Точнее, будут, но только в Академическое собрание — с ними можно будет работать только в читальном зале БАНа. Но директор библиотеки «пробила» через дирекцию Института подписку в обход БАНа на один экземпляр каждого из этих двух журналов (раньше прибывали через БАН по два).
Многие зарубежные институты, имевшие с библиотекой ИИМК договоренности об обмене книгами, стали разрывать эти договоренности, потому что обмен получается неравный. Библиотеке часто нечего предложить в обмен. (...)
Библиотечное начальство ссылается на то, что теперь многое есть в компьютерном доступе, через Интернет, и что пора переходить на пользование этими средствами»
(полностью на сайте «Троицкого варианта»)

Сверх общей чудовищности происходящего, мне, как оцифровщику с некоторым стажем, последний пассаж кажется особенно диким. Интернет-версии бумажных изданий хороши именно при наличии этих самых бумажных изданий, которые живут себе спокойно в библиотеке, как золотой запас за спиной у банкира, орудующего пачками ассигнаций и электронными счетами. Суть интернет-доступа в том, чтобы снизить нагрузку на бумажные издания, не бегать за каждой мелочью, осуществлять быстрый поиск и т.п., но всё это имеет смысл лишь при том условии, что в каждом достойном внимания центре есть полный бумажный комплект периодики и прочих изданий, до которого несложно добраться любому сотруднику. И если руководство кого или иного уровня этого не понимает, не разбивается в лепёшку, чтобы всё это обеспечить, а лишь прикрывается лукавыми кивками на интернет (именно лукавыми: ведь ни РА, ни АЭАЕ, ни ВДИ в сети нет, вывешиваются максимум старые выпуски, новые представлены лишь содержаниями без пагинации да порой аннотациями) — значит, это руководство, простите, профнепригодно.

Клейн пишет о проблеме в целом; а нам-то что делать? Ке фер, так сказать? А чёрт его знает. Себе на дом выписывать разве что, несмотря на цены и на то, что и так от книжек в доме не повернуться. Заодно и тиражи поднимутся. А то вот сейчас посмотрел в одном из свежих номеров РА: тираж — 432 экз. Изящная, надо заметить, циферка. Год назад было 572 экз, два года назад — 555 экз. Три года назад — 692 экз. Нда-с.

Зимние картинки и праздники. Европа,17-19 век- малый ледниковый период.

 Оригинал взят у marinni в Зимние картинки и праздники. Европа,17-19 век- малый ледниковый период.

Зимние картинки и праздники. Европа,17-19 век- малый ледниковый период.


GABRIELE BELLA. VENEZIA. Замерзшая лагуна. 1708

Малый ледниковый период— период похолодания, имевший место на Земле в течение XIV—XIX веков. Он является наиболее холодным по среднегодовым температурам за последние две тысячи лет.


Зима, 1595. Lucas van Valckenborch

Климат 17 и 18 веков сильно отличался от климата нашего времени, в Европе зимы были гораздо холоднее. В Северной и даже Средней и южной Европе: Голландии, Германии, Австрии, в северной Италии; в Париже- замерзали каналы и озера.
Здесь много редких картинок про замерзшую Темзу и праздники на ней- живущим в Англии будет интересно.

Collapse )

XIII век: взгляд из XXI-го. О книге Д. Г. Хрусталева «Северные крестоносцы»

В конце 2009 г. в издательстве «Евразия» вышла новая книга Д. Г. Хрусталева[1]. Это уже второй экзерсис петербургского историка в области русского XIII века после монографии «От нашествия до ига», выпущенной тем же издательством в 2007 г.
Книга о северных крестоносцах предлагает читателю новый взгляд на старинную историографическую и идеологическую проблему, каковую я бы сформулировал следующим образом: как происходило включение Восточной Прибалтики в христианскую ойкумену. Автор отказывается от расхожей предпосылки: современная граница Западного и Восточнохристианского мира прошла именно так, а не иначе в силу объективного тяготения части прибалтийских народов к германскому миру, а части – к Руси. Далека ему и другая пресуппозиция: подчинение крестоносцами территории Латвии и Эстонии, а шведскими королями – Финляндии принесла этим народам порабощение (чему альтернативной могло бы быть, по мысли сторонников такой трактовки истории, подчинение этих народов какому-то из русских княжеств), а, соответственно включение территорий, обитаемых водью, ижорой и корелой в орбиту Новгорода было связано с исконно-посконной близостью этих народов Руси. Хрусталев подробно рассматривает историю крестоносного движения в Прибалтике равно как и способы подчинения Прибалтики Полоцким княжеством и князьями Великого Новгорода. Большое внимание уделяет историк масштабному походу Александра Невского в Финляндию 1256/57 г.
Прежде чем перейти к критическим замечаниям по книге в целом хочу остановиться на оценке Д. Г. Хрусталевым личности князя Александра Невского. Сегодня фонд историографии об этом князе чрезвычайно значителен. Сразу оговорюсь, что в данной рецензии я вынужден выдерживать жанр и не пытаться оценить идеологическое значение фигуры святого князя для тех исторических эпох, когда его образ актуализировался государством. В научной же литературе на сегодняшний день оценки личности Александра Невского часто подвержены идеологической, так сказать, партийной приверженности ученых и лежат, как правило на экстремальных точках следующего диапазона:
  1. Это был национальный герой Руси. Он смог противостоять католической экспансии Запада. Героические победы князя Александра на Неве и на Чудском озере поставили точку в этой экспансии и являются образцовыми военными операциями
  2. Это был циничный политик, сделавший выбор в пользу Востока и против Запада, предавший своего брата князя Андрея (так сказать, «западника») и приведший монголов в свободный от их власти Новгород. Битвы на Неве и Чудском озере – незначительны, князь Александр юношей в них участвовал и не проявил никаких особых военных талантов, но их роль была многократно преувеличена впоследствии.
Изящность работы Д. Г. Хрусталева заключается в том, что он стоит над такими оценками. В книге показана роль князя – весьма неординарной личности своего времени - в политическом клубке XIII века. Восстановлен совершенно неизвестный обывателю контекст Невской битвы – по Хрусталеву, действительно существенной для Новгорода
Интересен вопрос о том, к кому себя относит сам автор, к специалистам или к любителям, каково его отношение к профессиональному сообществу историков (в контексте дискуссий 2009 г. на сайте Polit.ru).
Одной из важнейших своих задач Д. Г. Хрусталев видит в определении места личности князя Александра Ярославича в истории Руси, место важнейших, «хрестоматийных», подвигов князя – Невской битвы и Ледового побоища – в судьбах народов Восточной Прибалтики, объяснении ориентации князя на Восток, а не на Запад. В решении этих задач Д. Г. Хрусталев противопоставляет Александра Невского Даниилу Галицкому. Отрадно, что эта попытка выглядит внеидеологично, т. к. в ряде случаев снимается псевдопатриотическая и псевдорелигиозная патетика, присущая большинству популярных работ о кн. Александре Ярославиче. В книге предложена новая периодизация описанных событий (том 2, с. 197-200).  Любая периодизация несомненно является концептуализацией. В этом заключается еще одна серьезная амбиция автора: расстановка новых акцентов, переоценка историографических штампов и проч. С этим Д. Г. Хрусталев несомненно справляется. Хорошим примером такого отказа от штампов является, к примеру, сравнение власти новгородского архиепископа XV в. с властью архиепископа Рижского (том 2, с. 202). Характерно, что в свое время один из лучших представителей послевоенной историографии И. П. Шаскольский не допускал, что кто-то из води в ходе политических событий XIII века мог перейти в католичество (том 2, с. 341, прим. 232), что несомненно связано с историографическим штампом своего времени.
Среди менее амбициозных задач, решенных Д. Г. Хрусталевым «между делом», отмечу то, что в монографии суммированы все известия о Ладоге рубежа XII/XIII – конца XIII в. Все они поставлены в широкий исторический контекст и отныне не должны толковаться в отрыве от истории Новгорода и Восточной Прибалтики в целом.
Прочтение книги приводит к необходимости высказать некоторые замечания, суждения, пожелания. Расположу их примерно в порядке изложения, несмотря на то, что некоторые из них носят, как мне кажется, общий характер.
В первом томе присутствует рассуждение о Пелгусии – герое Житии Александра Невского. Имя Пелгусия – ижорского старосты очень напоминает названия деревень в Тигодском погосте Водской пятины, зафиксированных около 1500 г.[2] Топонимика Тигодского погоста и ее лингвистический анализ еще ждут своего исследователя. Однако обращают на себя внимания названия д. Пельгора (ныне п. Пельгора Тосненского района) и Пельгуево болото (в районе бывш. д. Кородыня). Такое не может быть случайным. Высказанные Д. Г. Хрусталевым соображения о Пелгусии как ижорском старосте и его возможных соперниках  (С. 380, 383, примечания) крайне гипотетичны, если не сказать поверхностны.
В связи с ролью, игравшейся – согласно Житию Александра Невского – Пелгусием как ижорским старостой, которому «поручена бысть страж морская» (С. 211) может быть покажется интересным известие о морской сторожевой службе копорских земцев «древнейшей для этой группы населения), зафиксированное в десятне 1605 г.[3] В то же время земцы Корбосельского погоста (т. е. северного берега Невы) – в основном вестовые и вожи; земцы Спасского Городенского погоста – все связаны с ореховской городовой службой, земцы Ижерского погоста – толком неизвестны, их мало. Отсюда: если видеть в этих службах некую традицию, то «сторожи» более раннего времени должны быть по южному берегу Финского залива. Эти суждения, конечно, очень предположительны, но во всяком случае базируется на источниках, а не на общих географических соображениях.
Д. Г. Хрусталев пишет о существовании в Пскове – Псковской земле княжеского домена в XIII в. (С. 263). Следует подумать, насколько можно говорить о таком домене в свете исследования В. А. Аракчеева. В монографии этого исследователя, посвященной истории Пскова, в том числе – раннесредневекового есть много существенных, меняющих традиционную историографическую картину наблюдений; о княжеском домене во Пскове Аракчеев не заговаривает[4]. Заявление Д. Г. Хрусталева о каком-то членении Псковской земли в XIII в. кажется мне очень ответственным, видимо, исследователю надо попытаться найти еще какие-нибудь указания на существование такого домена..Неоднократно в книге упоминается о псковских боярах, боярынях. В этой связи можно вновь обратиться к новейшему исследованию В. А. Аракчеева, который скрупулезно разобрал вопрос о том, кого летописи называют псковскими боярами, показав, что все эти люди были генетически связаны с представителями городского управления, не составлявших однако как новгородские бояре, особой социальной группы с фамилиями и кланами.
Очень серьезное внимание обращает на себя терминология книги. Текст Д. Г. Хрусталева грешит словами «предательство», «измена», применяемые к захвату Пскова слова: «агрессия против Руси», которые современный читатель воспринимает через призму значений этих слов в ХХ столетии. Употребляя эти термины с самого начала книги, автор далеко не сразу делает акцент на том, что средневековая политическая культура лежала вне политических парадигм ХХ века. То, что нам кажется актуальным, приоритетным, совсем не было таковым в XIII в. Автор это, чувствуется, понимает, но не во всех частях это понимание присутствует.
Стоит ли, в таком случае, к примеру, говорить в XIII веке об «ослабленной Руси» и т.п.? Что есть Русь в это время, чем она представлялась современному книжнику, и как мы сегодня обводим ее линейными границами со школьных карт ХХ в. Этот вопрос автор мог бы поставить и сформулировать в книге, это вполне ложилось бы в амбиции автора и в объем книги.
О вече и его месте в Древней Руси в книге упоминается не раз. Сегодня при рассмотрении проблемы древнерусского веча мы обязаны учитывать новейшие разработки П. В. Лукина. Автор их либо не знает, либо не учел, написано все в контексте либо гипотезы И. Я. Фроянова, либо общих представлений, к этой гипотезе восходящих[5].
Следует высказать и некоторые незначительные замечания.  Так, Д. Г. Хрусталев пишет (С. 267) о событиях 1234 и 1240 гг. «Летопись сообщает…». Однако примечательно, что о событиях 1233 г., связанных с «изыманием» новгородца Кюрила Синкинича в Тесове говорит только Новгородская первая летопись, тогда как о событиях на Луге и взятии Тесова в 1240 г. пишут почти все общерусские летописи.
На мой взгляд, автор увлекся этимологией Чудской Рудницы, предполагаемого места Ледового побоища. Связь «руды» - крови с событиями середины XIII века не представляется мне столь очевидной, как автору книги. Вряд ли удачно выражение «смена династии» применительно к разным ветвям Рюриковичей (нач. XIII в.), следует, видимо писать «смена князей», «смена княжеских родов».
Монография Д. Г. Хрусталева содержит много источниковедческих и историографических экскурсов, но нет отношения автора к современной полемике вокруг Татищева и достоверности «татищевских известий». Автор соотносит свои выводы с наблюдениями А. П. Толочко, высказанными в известной работе[6]. Вместе с тем читатель не найдет у Д. Г. Хрусталева отсылки к монографии М. Б. Свердлова[7]. Отсутствие ссылок на мнение о «татищевских известиях», принадлежащее С. Н. Азбелеву[8] можно, разумеется, объяснить их малой научностью, однако Д. Г. Хрусталев обращается к некоторым другим идеям С. Н. Азбелева. В заключительной части книги (том 2, с. 268) он упоминает наблюдение С. Н. Азбелева о том, что имя ганзейского бюргера Ильи Руса может быть связано с отражением былин об Илье Муромце. Хотелось бы, чтобы автор где-то смог высказать свое отношение к этой и иным одиозным идеям С. Н. Азбелева.
Хрусталев обращает внимание на малоизвестные факты из жизни князя Александра. Им отмечена (и, полагаю, доказана) его переписка с Иннокентием IV. Большой удачей автора является описание миссии кн. Александра и митрополита Кирилла. Очень важен сделанный автором акцент на ее значении для христианизации народов Восточной Прибалтики. Выскажу, однако, сомнения в существовании копорской православной кафедры в XIII в.: это лишь умозрительная конструкция, никаких прямых сведений о такой кафедре не известно. Даже во Пскове до 1589 г. не было архиерейской кафедры. Еще одно сомнение вызывает то, что очень часто автор пишет о «духовенстве Виронии», «духовенстве Води, Ижоры», проч. Возникает вопрос: а сколько было в этих местностях священников? 10? 8? Вряд ли больше. И в Копорье с уездом в XV веке  насчитывалось менее 20 приходов. Аналогичное сомнение в точности цифр, которыми оперирует автор возникает при рассмотрении другого политического события XIII века – Раковорского похода. По подсчетам Д. Г. Хрусталева, войско превышало численность местного населения (т. 2, с. 147). Это вызывает сомнения. Были ли такие цифры (десятки тысяч воинов) реальностью?
К рассматриваемой эпохе – середине XIII века, а даже и точнее – к осени 1257 г. Д. Г. Хрусталев относит ни много ни мало как формирование Водской пятины Новгородского княжества (том 2, с. 62, сн. 233 и сн. на с. 341). Возникает ощущение, что автор книги не в курсе историографии дискуссии о пятинах. В книге приводятся ссылки только на работу А. Н. Насонова (хотя для этого исследователя вопрос о пятинах – тема проходная, он пользовался лишь историографическими наработками к 1951 г.)[9] и Е. А. Рябинина[10], который, к сожалению, в вопросах исторической географии был абсолютно некомпетентен .
Неудачны некоторые формулировки Д. Г. Хрусталева: видимо не стоит говорить о Новгороде как об «отчине Александра» (2 том, с. 43). Слишком смелым является утверждение: «самое могущественное государство Северной Европы – Новгородская республика» (том 2, с. 199). В такой формулировке все неточно: правда ли именно могущественное? Действительно ли государство? Республика ли?
Очень часто в тексте книги применительно к немецким и шведским крестоносцам в Восточной Прибалтике встречается слово «интервенты». На мой взгляд, в данном контексте лучше все же употреблять слова «захватчики», «нападающие», т.п.. Об этом довольно убедительно сказано в статье В. Д. Назарова применительно к более поздней эпохе: «Понятие интервенции применительно к захватнической политике Речи Посполитой, а также Швеции в отношении России в начале XVII в. закрепилось в советской историографии под влиянием оценок действий иностранных государств в России начала ХХ века. В этом смысле оно не соответствует «политическому словарю» XVI-XVII вв. Думаем, однако, что при ясном истолковании смыслового содержания этого термина нет нужды отказываться полностью от него»[11]. То же относится и к «политическому словарю» XIII века.
Еще одно важное общее соображение – насколько великокняжеский стол был в курсе всей сложной пограничной коллизии на северо-западе новгородских владений. Насколько это была борьба русских (выделено мной. – А. С.), а не новгородцев за дани в Прибалтике и Финляндии. Что с того было великому князю (я уж не говорю о переяславцах и суздальцах). Русские также жили  в Чернигове, Полоцке,  Смоленске. Вопрос о том, насколько они (точнее – их элиты) считали такую борьбу «своей» повисает в воздухе; Д. Г. Хрусталев его не разъясняет.
Автор активно использует все возможные источники для реконструкции политической истории, в том числе исторические предания. Определенные сомнения вызывает попытка использовать такие предания для идентификации пещеры, в которой в 1268 г. были затоплены эсты. Характеризуя взаимоотношения Новгорода с ижорой и водью до событий 1240 г. Д. Г. Хрусталев определяет их как «архаичные». Но что известно об этих взаимоотношениях? Все приводимые автором монографии выводы основаны лишь на аналогиях, а не на свидетельствах источников (том 2, с. 200).
Можно считать большой удачей (и одним из важнейших выводов автора) его наблюдение о стабилизации границы по реке Нарове, ее закреплении не только как политического, но и как культурного и конфессионального рубежа фактически с 1224 г. (том 2, с. 201).
В Приложении к книге Д. Г. Хрусталев не только воспроизводит многократно упоминаемые в исследовательской части источники, но и дает им новую характеристику. Здесь впечатляет историография, прежде всего немецкая (том 2, с. 261-262).
Из небольших замечаний отметим недостаточную проработанность источников для топонимических изысканий. Для локализации Веричина – необходимы несомненно топонимы из экономических примечаний к Генеральному межеванию конца XVIII века. Ссылаться же на работу А. Г. Ильинского, владевшего информацией из одной-двух писцовых книг несколько наивно (том 2, с. 261-262).
 
Очень грустно читать книгу очень плохо откорректированную. То тут, то там неправильно проставлены пробелы («не» с глаголами, проч., повтор «толи-толи» - вместо «то ли» – «то ли»). Не вполне грамотно (скорее – двусмысленно) звучит формулировка «обложение города». Примеры можно множить, но я не буду.

[1] Хрусталев Д. Г. Северные крестоносцы. Русь в борьбе за сферы влияния в Восточной Прибалтике в XII-XIII вв. В 2 томах. СПб., «Евразия», 2009.
[2] Подробнее списки деревень: Селин А. А. Историческая география Новгородской земли XVI-XVIII вв. Водская пятина. Южные погосты. СПб., 2003.
[3] Мятлев Н. Десятня Водской пятины 1605 г. // Известия РГО. Вып. 4. СПб., 1911. С. 435-509.
[4] Аракчеев В.А. Средневековый Псков. Власть, общество, повседневная жизнь в XV–XVII веках. Псков, 2004.
[5] Когда текст настоящей рецензии был уже написан в Европейском университете в Санкт-Петербурге состоялось специальное заседание, посвященное истории веча в Новгороде.
[6] Толочко А. П. «История Российская» Василия Татищева. Источники и известия. М.; Киев, 2005.
[7] Свердлов М. Б. Василий Никитич Татищев – автор и редактор «Истории Российской». СПб., 2009.
[8] Азбелев С. Н. Устная история в памятниках Новгорода и Новгородской земли. СПб., 2007.
[9] Насонов А. Н. Русская земля и образование территории  Древнерусского государства. М.; Л., 1951.
[10] Рябинин Е. А. Водская земля Великого Новгорода. СПб., 2001.
[11] Назаров В. Д. Что мы празднуем 4 ноября? // Мининские чтения 2006. Н. Новгород, 2007. С. 236. Сн. 2.
Опубликовано: Селин А. А. XIII век: взгляд  из XXI-го. О книге Д. Г. Хрусталева «Северные крестоносцы» // Староладожский сборник. Вып. 8. СПб.; Старая Ладога, 2011. С. 67-74.

История повеселее - про лоплянина. Историческое предание о Порозерской волостке

«В роспросе Порозерские волостки крестьянин Ларионко Олексеев сказал: в Порозерскую волостку пришол он жить с отцом своим Лопского Селецкого погоста из Янгозерские волостки 10 лет в Полоезерской (так) волостки живет 80 лет, и всего ему 90 лет.
Ведомо де его подлинно и от прежних жильцов слыхал, что Порозерская волостка Ноугородцкого уезду, а был преж на том месте, где та волостка черной лес, а жил туто лоплянин, звали его Пором, пашни у него не бывало. И к тому де лоплянину пришли на то место житии три крестьянина Несторком звали, а чей сын того не помнит да Гриша Тужин да Гриша Кахкуев сын Ускин, тому больши полтуорсот лет, и тое де землю розделили натрое и назвали то место Пором по том лоплянине, а озерко, что подле земли, назвали Порозеро, и с тех мест зоветца Порозерская волостка, а сиром то озеро течет под тою землею Сунна река, а дань де они давали, живучи в Новгород. И Нестерко де свою выть земли отдал вкладом в Валаамской монастырь, а после его и оба Гриши свои выти отдали ж в монастырь же тому лет с полтораста».

Роспись «неправд» шведских послов, присланная в Новгород Н.В.Вышеславцевым с товарищами. 1620, января // РГАДА. Ф. 96. 1620. Д. 2. Л. 162-181.

О шабаше сахароидов и о партийности исторических исследований

- Как ты думаешь, кто из повешенных декабристов наибольший мерзавец?
- Полагаю, Пестель. Он придумал государство тайной полиции
- Но нельзя же вешать человека за книжку. А вот Муравьев-Апостол и Бестужев-Рюмин угробили сотню солдат
- А Каховский, к примеру хвалился убить императора. И убил графа Милорадовича
- Нет, друзья. Хуже всех Рылеев. Он за сто лет до большевиков придумал принцип партийности в литературе
(из разговоров)
Решив написать этот пост и оглядываясь на неделю назад и на тысячу километров на восток, я хочу повторить то же, что многократно повторял в частных беседах ранее: конференции можно игнорировать, над ними можно (и должно) смеяться. Но протестовать против них – смешно и глупо. Так как публично протестовали против «Начал Русского мира» многие мною уважаемые люди (а участвовали в самой конференции люди самые разные), то я сожалею, если кто-то примет данный пост в качестве личного выпада. Меня более интересуют вопросы теоретические и практические. Выскажусь по ним подробнее
1. О статье Л. С. Клейна. «Конференция и конфронтация: поход русов на Царьград». Лев Самуилович Клейн – человек, на мыслях которого выросли поколения петербургских (и не только археологов). До сегодняшнего дня его статьи – блестящи и остроумны (ср.: http://www.grani.ru/opinion/m.183267.html ). Но по поводу данной статьи выскажу два касающихся меня существенных замечания. Первое. Видимо я – один из организаторов конференции «Начала Русского мира», так как принимал ее в Старой Ладоге, обеспечивал питание, зал для заседаний, помогал А. Н. Кирпичникову в организации прогулки участников конференции по Старой Ладоге. Мне кажется, научный мир – конвенционален. Вне зависимости от партийной принадлежности. Обращение с просьбой помочь в организации конференции, исходящее от коллеги, пусть даже придерживающегося одиозных ученых представлений. И я всегда так буду делать и не пойму коллег, поступающих иначе. Кроме того, не вижу конвенциональной необходимости обязательно приглашать кого-то на конференцию, а кого-то не приглашать. Мне кажется, здесь существует научная свобода (я бы, к примеру, никуда бы не пригласил многих участников «Начал», но и они вольны поступать так же). Да, видимо у кого-то из референтов А. Н. Сахарова есть какой-то номер телефона в АП, но подчеркну: никакого давления от высших (или иных) инстанций в деле организации конференции в Ладоге я не испытывал. Второе обстоятельство связано со Скандинавскими чтениями, о которых также пишет Клейн. Тут я, вроде бы, в бенефециантах: участник-докладчик этих самых чтений. Но именно на их заседании (28 октября, в Датском культурном центра) мне довелось выслушать доклад архим. Августина (Никитина) об исламе в Дании. Доклад носил откровенно фашистский характер; пафос его заключался в том, что ислам тождествен терроризму и мусульман надо гнать из Европы. Так что «Два мира – два Шапиро» (или «Два съезда – две тактики») , как обычно оказались лишь неудачным лозунгом, использованным глубоко уважаемым мной Львом Самуиловичем.
2. О визите конференции в Старую Ладогу и А. Н. Кирпичникове. А. Н. Кирпичников – выдающийся ученый и общественный деятель. Это аксиома. Лично в моей судьбе А. Н. Принимал и принимает чрезвычайно серьезное участие. Но здесь я не могу не высказаться.
Любой, кто знает А. Н., скажет: тема доклада, заявленная в программе «Начал Русского мира» («Россия, оглянись на народный юбилей (862 – 2012)») - явно соответствует стилистике А. Н. Не мог С. В. Цветков или кто-либо иной такое название доклада придумать. Далее пусть читатель сего поста домысливает сам.
В Старой Ладоге А. Н., с обычным своим обаянием, очаровал всех участников конференции, около часа рассказывая им (в дурную погоду) о своем видении варяжской проблемы и, разумеется, о новых открытиях в Старой Ладоге. Участники Староладожской археологической экспедиции знают этот текст: «тонны славянской керамики», «никакой межнациональной розни» «первая печать – государственный герб Рюриковичей», «построение империи» (в IX веке!). Все эти фразы не умаляют масштаба личности А. Н. Но мы (и авторы письма протеста), вроде бы, говорили о науке. Никто из основных участников «Начал» в Старой Ладоге в такие, мягко говоря, эмпиреи не залетел. Справедливости ради, отмечу, что ни А. Н. Сахаров, ни В. В. Фомин, ни, с другой стороны, Тахиаос до Старой Ладоги не доехали. В то же время еще один «антигерой» (по мнению борцов против «Начал»), М. И. Жих, присутствовал.
3. О творчестве «сахароидов» (А. Н. Сахаров, В. В. Фомин, Л П. Грот). Это особо острая тема. Возможно, наживу себе врагов, но высказаться считаю себя обязанным.
Научных взглядов А. Н. Сахарова не существует. Это очевидно. И да простят мне голословие, аргументировать это утверждение я не буду. Мое отношение к идее о Кие – первом русском дипломате и т.п., полагаю, разделяют многие мои друзья и коллеги. Деятельность А. Н. Сахарова в 1970-е гг. общеизвестна, яркий ее пример приводится в книге А. Я, Гуревича «История историка». Полагаю, достаточно об этом.
Не то В. В. Фомин. В недавно вышедшей книге Л. С. Клейна («Спор о варягах») дана очень содержательная критика его творчества. Отмечены и явные научные находки В. В. Фомина. Несомненно, неприемлемы (и неконвенциональны) идеологические обвинения, содержащиеся в трудах В. В. Фомина; комичны его попытки «окончательно решить» варяжскую проблему (вспоминается «Хрустальная ночь»).
И совсем не то Л. П. Грот. В отличие от Сахарова и даже Фомина, Л. П. Грот – человек очень начитанный. На мой взгляд, лишь неумение разобраться в научной ситуации в России заставляет русско-шведскую исследовательницы принимать участие в «чудиновских» конференциях и проч. В творчестве Л. П. я не усматриваю профанации, а то что ее, как знамя, выносят сторонники А. Н. Сахарова никоим образом не должно компрометировать исследовательницу. Попытка оценить место Петрея в общеевропейской научной мысли, разобраться с тем, как думали люди XVII-XVIII века, предпринимаемая Л. П. Грот, кажется во всяком случае интересной и заслуживающей поддержки. Это не Кий-дипломат и не печать Рюрика.
Последнее, здесь же. О партийности в историческом знании. Сложно об этом писать, но если мы вводим высокий научный критерий и, пользуясь им, отрицаем творчество Сахарова и иже с ним, то смеем ли мы не обратить внимание и на совершенно ненаучные вещи, исходящие из «нашего» лагеря? Ведь многие уважаемые люди, подписавшие «письмо протеста» всерьез пишут (и учат студентов-аспирантов) о таких вещах как возможность археологически идентифицировать могилу Рюрика, Судислава, Позвизда… Всерьез используют в качестве исторического источника, без критики, Татищевские сведения… Говорят о мистическом значении Ладоги и Ладожских древностей… Несомненно это – в той же мере не может считаться частью науки мирового уровня, как и творчество А. Н. Сахарова.

Перепост приветствуется.

Открытое письмо А.М. Жульникова

Originally posted by durnowo at Открытое письмо А.М. Жульникова
Вчера вечером я получил вКонтакте записку от коллеги, содержавшую полученное им письмо:

В связи с событиями на Охте я написал открытое обращение на имя Носова.
Т.к Сорокин, которому я переслал это письмо с просьбой разместить
где-нибудь в интернете, что-то второй день молчит, а мне послезавтра
надо уже уезжать в Ханты-мансийск, то обращаюсь к тебе. Открытость
обращения связана с вполне очевидной причиной - никакого ответа от
Носова я не жду - уже проходил это.

Если не трудно, перешли это письмо на сайт С.Белецкого, которого, я
лично не знаю, а если не хочешь, пришли мне адрес его электронной почты
- я сам пошлю. Письмо по почте выслано.

Сорокину я предложил собрать конференцию /семинар по итогам раскопок на
Охте, по итогам которого можно было бы сделать заявление для минкульта и
собрать прессу. Сотрясать интернет нет смысла.
А.Жульников




Выполняю просьбу А.М.Жульникова и публикую текст его Открытого письма.

Директору Института истории
материальной культуры РАН,
член-корреспонденту РАН
Носову Е.А.


Открытое обращение


Уважаемый Евгений Николаевич!


Поводом для обращения к Вам стала публикация в Интернете аудиопротокола заседания «Консультационного совета при ИИМК РАН по проблемам исследования археологических памятников Охтинского мыса», состоявшегося 21 октября 2010 года (http://durnowo.livejournal.com/108088.html). В высказываниях ряда руководителей экспедиции Н.В.Соловьевой, проводившей раскопки на мысу в устье р.Охты, поддержанных некоторыми привлеченными специалистами естественных наук и сотрудниками Института археологии РАН, прозвучало мнение, что в раскопах Н.В.Соловьевой и П.Н.Сорокина было исследовано не неолитическое поселение, а морское дно, содержащее неоэнеолитические артефакты в переотложенном виде. Из этого вывода вытекало заключение Н.В.Соловьевой о том, что раскопки слоев, содержащих неоэнеолитические материалы на Охте (а не только на площади ее раскопа) не представляют научного интереса и не являются памятником археологии, который подлежит полному археологическому изучению путем раскопок до начала строительных работ в этом месте.

В ноябре 2008 года П.Н.Сорокиным и Т.М.Гусенцовой мне была предоставлена возможность ознакомится с разрезами и площадками раскопок, содержащих неолитические материалы (поселение Охта I). Кроме того, я ознакомился с большой серией неоэнеолитических находок, найденных экспедицией П.Н.Сорокина при раскопках поселения Охта I. Приглашение меня для ознакомления с результатами исследований на Охте, видимо, было связано с тем, что при раскопках были найдены многочисленные находки, имеющие аналогии на энеолитических памятниках Карелии, по материалам которых мною была защищена кандидатская диссертация, а раскопки энеолитических стоянк Карелии мною ведутся уже более 25 лет.

По итогам визуального осмотра находок и раскопов, а также знакомства с предварительными публикациями по результатам раскопок на Охте могу сделать следующие выводы:


1. Неоэнеолитическая керамика из раскопов П.Н.Сорокина представлена крупными фрагментами, которые не имеют следов окатанности, обычных для тех фрагментов сосудов, которые я встречал на размытых стоянках. Что же касается пористой и асбестовой керамики, которая в значительном числе была встречена в раскопах П.Н.Сорокина, то она слабо выдерживает даже небольшие перемещения (распашку слоя или его размывание). Представленная в раскопах П.Н.Сорокина керамика найдена в состоянии типичном для слоя энеолитических поселений Карелии, не подвергавшихся размыванию.

2. При осмотре разрезов и расчисток фрагментов слоев, содержащих нео-энеолитические находки, были хорошо видны следы неглубокого искусственного котлована, который, видимо, достаточно был быстро замыт песчаными наносами, т.к. явных следов погребенной почвы в разрезе не наблюдалось. О наличии в раскопах П.Н.Сорокина сохранившихся пятен неразмытого слоя неоэнеолитического поселения свидетельствуют пятна кострищ и очаги из камней с кальцинированными косточками между ними. О том, что эта территория находилась временами сравнительно высоко над уровнем водоема, свидетельствует и энеолитическое погребение с янтарными украшениями, исследованное на Охте экспедицией П.Н.Сорокина. Ряды деревянных кольев, имеющиеся в некоторых раскопах, могут являться следами прибрежных сооружений, как промыслового, так и поселенческого характера (мостки и т.п.). Слои, содержащие на Охте разновременные материалы, местами разделены стерильными прослойками. Изучение этих слоев, с привлечением специалистов естественных наук, может пролить свет на развитие ряда неоэнеолитических культур обширного региона Северной Европы, на изменения палеогеографической ситуации в этой части Балтики и т.д.

3. Наличие на Охте изделий из органических материалов в нео-энеолитических слоях, залегающих в стратифицированном слое, делает этот памятник уникальным для целого ряда регионов Северной Европы.


Очевидно, что вывод об отсутствии научной значимости неолитических материалов на Охте, неоднократно озвученный руководителями экспедиции ИИМК на заседании Консультативного совета, может сыграть отрицательную роль в судьбе данного памятника. Это явно скажется негативно на репутации не только возглавляемого Вами учреждения, но и всей российской археологии.

В этой связи прошу Вас организовать публичное научное обсуждение результатов раскопок на Охте экспедициями Н.В.Соловьевой и П.Н.Сорокина. Материалы этих слушаний могут стать основанием для предусмотренной в данном случае федеральным законодательством государственной историко-культурной экспертизы, которая и должна будет определить судьбу всех выявленных архитектурно-археологических объектов на Охте.

С уважением, эксперт Росохранкультуры,
доцент Петрозаводского госуниверситета, к.и.н.
А.М.Жульников

03.11.2010

Присоединяюсь к предложению кандидата исторических наук, доцента Петрозаводского госуниверситета, известного археолога и, по совместительству, эксперта Росохранкультуры Александра Михайловича Жульникова и обращаюсь ко всем коллегам-археологам, читающим мой журнал, с просьбой поддержать предложение о проведении максимально широкого профессионального обсуждения результатов раскопок на Охте. Это обсуждение должно быть максимально открытым, а провести его следует в самое ближайшее время. Иначе будет поздно . Судя по выступлению Валентины Матвиенко, публично повторившей оценки, данные памятнику руководителями Охтинской экспедиции ИИМК РАН, администрация Петербурга настроена весьма решительно.

Перепост приветствуется.

(no subject)

Информационное письмо № 2

 

Староладожский историко-архитектурный и археологический музей-заповедник и Никольский Староладожский монастырь 20-21 мая 2010 г. проводят научно-практическую конференцию «Христианские святыни Северо-Запада», посвященную 770-летию Никольского Староладожского монастыря.

 

Конференция состоится в помещении Музея археологии Старой Ладоги по адресу: 187412, Ленинградская обл., Волховский р-н, с. Старая Ладога, ул. Культуры, д. 2.

 

В программу конференции включены экскурсия по Старой Ладоге и Никольскому Староладожскому монастырю.

 

Предварительный вариант программы конференции

 

Старая Ладога

20-21 мая 2010 г.

 

  1. Б. Г. Васильев. Мраморировки Никольского собора Старой Ладоги
  2. А. А. Мещенина. К истории монастырей Северо-Запада России
  3. Н. Башнин Почитание Дионисия и Амфилохия Глушицких чудотворцев в XV - XVII вв.
  4. А. Красиков. Библиотека Вологодского Спасо-Прилуцкого монастыря в конце XVI в.
  5. И. Слуцкая Особенности апостольского и богородичного циклов в иконографической программе росписи Знаменского собора в Новгороде
  6. П. В Западалова Новгородский вариант иконографии царских врат во второй половине XV - середине XVII века.

 

  1. В. В. Астафьев Председатель Староладожского церковно-приходского попечительства Н. Ф. Романченко
  2. В. Б.. Панченко Исчезнувшая традиция: поклонные кресты Поволховья
  3. Ю. В. Кривошеев, Р. А. Соколов. Периодическая печать о выходе на экраны фильма «Александр Невский»»
  4. А. А. Селин. XIII век: взгляд  из XXI-го. О книге Д. Г. Хрусталева «Северные крестоносцы».
  5. Френкель Я. В. Христианский могильник у Успенского монастыря: хронологический аспект

 

Телефон для справки

+79111227927, Адриан

e-mail adrian_selin@mail.ru

 

.